Экономика

Октябрь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          
27/01 09:35
 

В Минэкономики рассказали, почему Кыргызстану не выгодно заключение соглашения о разделе продукции по проекту Кумтор

Бишкек, 27 января /Кабар/. В последнее время в обществе широко обсуждается вопрос реструктуризации проекта Кумтор, который имеет важное значения для социально-экономического развития Кыргызстана.

Как отметил начальник управления политики природных ресурсов Министерства экономики КР Алмаз Алимбеков, главный вопрос в этом проекте «делить или не делить золото». Он рассказал, почему Кыргызстану невыгодно заключение соглашения о разделе продукции по проекту Кумтор».

По словам, А.Алимбекова, Правительством для ведения переговоров с канадской компанией «Центерра Голд Инк.» специально был создан Консультативный совет, который к данному моменту уже достиг определенных результатов – проект создания совместного предприятия в форме ОАО на условиях владения 50% на 50%.

Однако ввиду того, что депутаты Жогорку Кенеша приняли решение увеличить долю Кыргызстана до не менее 67% переговоры с Центеррой вновь продолжились.

При этом некоторые эксперты, стали высказываться о необходимости использования с Центеррой соглашения о разделе продукции (СРП), обосновывая это тем, что государство плохой управленец, а так мы будем, не управляя получать свою долю от добываемого золота.

Однако, понятная на первый взгляд схема сотрудничества на самом деле не является такой простой и приемлемой для Кыргызстана в данной ситуации.

Для того, чтобы понять, как действует СРП необходимо обратиться к опыту других стран. К примеру, Россия, которая в 90-х годах заключила 264 СРП по крупным месторождениям полезных ископаемых с иностранными компаниями, освободив их от налогов и отдав месторождения в их полное распоряжение. Россия ожидала роста инвестиций и соответственно поступлений в бюджет. Однако, этого не произошло. Фактически в рамках СРП имел место безналоговый вывоз полезных ископаемых из страны.

С приходом Владимира Путина практически все соглашения по разделу продукции были отменены. Именно после отмены действия СРП и перехода на налоговый режим Россия начала получать серьезную прибыль от добычи и продажи нефти и газа, что в совокупности с постепенным повышением цен на энергоносители стало основой для роста экономики России.

На сегодняшний день в России действуют всего три проекта на условиях СРП: «Сахалин-1», «Сахалин-2» и Харьягинское нефтяное месторождение. Т.е. очень сложные нефтегазовые проекты, которые требуют огромных инвестиций, и находятся в отдаленных районах.

Республики Казахстан 2008 году также приняла решение полностью отказаться от СРП. Основные проблемы при заключении СРП, состояли в отсутствии единого методологического подхода к составлению ТЭО, влияющего на сумму затрат при реализации проекта и, следовательно, на долю делимого дохода. При этом не учитываются текущие мировые цены на нефть и инфляционные процессы. Кроме того, отсутствует и механизм эффективного управления передаваемыми государству активами и рентой от использования невоспроизводимого ресурса.

Чем же так плохи соглашения о разделе продукции, спросите вы, и есть ли от них какая-то польза? По словам А. Алимбекова, польза есть в нефтегазовых проектах, требующих предварительно больших затрат, которых нет у государства, для проведения разведки и дальнейшей разработки месторождений.

Но то, что хорошо для одной продукции, не всегда хорошо для другой. СРП не применимо к таким объектам, как золото или уголь.

До настоящего времени успешного опыта, именно для государства, в применения раздела продукции по золоту в мире нет. Это обусловлено тем, что добыча драгметалла, в отличие от нефти и газа является высокозатратным производством и вложение капитала (затраты) продолжается весь период реализации проекта.

Сверхприбыль по золоту наблюдается лишь в периоды скачка мировых цен на драгметалл, как правило, при финансовых кризисах. Один из таких периодов мы наблюдали буквально год назад, когда золото стоило 1 763 долл. за тройскую унцию. Сегодня же стоимость золота понизилась на 30 % и составляет на 20 января 2014 года всего 1 254 долл. США за унцию.

Специфика же СРП такова, что производится раздел только прибыльной продукции. Все издержки инвестора по разведке и добычи возмещаются за счет так называемой компенсационной продукции, которая передается инвестору, в счет возмещения его затрат.

При этом, как правило, затраты имеют тенденцию к росту, учитывая удорожание энергоносителей, рабочей силы, дополнительных расходов на отработку глубокозалегающих руд, и др.

В связи с этим, учитывая неизбежный рост затрат, с одной стороны, и мировое снижение стоимости золота - с другой, в какой то момент может случиться так, что уже не окажется прибыльной продукции, которую можно будет поделить, при этом добыча золота не остановится, в итоге государство только проиграет.

Инвестор же, а это, как правило, публичная компания, которая не платит дивиденды либо платит их в очень маленьких размерах, попытается средства, полученные в данном проекте, направить на развитие следующего проекта, возможно, уже в другом государстве.

Исходя из этого, следует: чем больше инвестор покажет затрат за счет подотчетных ему структур, тем больше средств он сможет направить на свои новые проекты. В том числе законно уйти от уплаты налогов, т.к. компенсационная продукция прямыми налогами не облагается.

Из российской практики известны случаи, когда услуги консультационных компаний и гонорары отдельных специалистов измерялись миллионами долларов.

Основным недостатком использования режима СРП является заинтересованность в физической продукции, что приводит к игнорированию ценовых и рыночных рисков, дополнительным затратам на хранение, транспортировку и реализацию продукции.

В связи с чем, Правительство страны предлагает именно создание совместного предприятия, чтобы можно было контролировать издержки производства и ежегодно распределять прибыль между его участниками, забирая свою долю в проекте.

Конечно в нашей стране, нашлись бы и те, которые бы сказали: давайте делить продукцию без учета компенсационной продукции.

Действительно, в мире есть такие модели СРП, к примеру перуанская или ливийская, которые не предусматривают вычета затрат при разделе продукции.

Однако в данных моделях, естественно, и разное процентное разделение добываемой продукции, как правило, в пользу инвестора, так как он требует себе большую долю от добытой продукции для покрытия своих затрат. Принципиально ничего не меняется.

Принятый в 2002 году Закон «О соглашениях о разделе продукции при недропользовании», построен на индонезийской модели, т.е. раздел продукции после возмещения всех затрат.

При этом следует отметить, что этот закон нерабочий, с момента его принятия не наблюдалось ни одного соглашения о разделе продукции. Поскольку в законе предусмотрено двойное налогообложение, инвестор делится с прибыльной продукцией и дополнительно должен уплатить все текущие налоги и сборы, что противоречит самому принципу раздела продукции. Должно быть либо одно, либо другое, вот почему закон не работает.

Кроме того, Закон содержит обязательное требование о ратификации Жогорку Кенешем соглашения с иностранным инвестором физическим и юридическим лицом. В то же время, согласно Конституции, парламент ратифицирует только международные договоры, субъектами которых могут выступать только субъекты международного права, но никак не физические лица или небольшие компании.

Исходя из этого, следует вывод, что соглашение о разделе продукции неприменимо к проекту «Кумтор», соответственно оно непригодно к горнодобывающей отрасли.

Теги: 

Поделиться

  • print
  • Разместить на Facebook
  • Разместить на Twitter
  • Разместить ВКонтакте
  • Разместить в LiveInternet
  • Разместить на Одноклассниках
  • Разместить в LiveJournal
  • Разместить в Мой Мир
  • MSZN
  • FPI
  • banner